Вассилис Капсамбелис (отрывок лекции)

Как всегда, с большим удовольствием делюсь  небольшим, но очень важным, на мой взгляд, отрывком из интереснейшего выступления Вассилиса Капсамбелиса, психиатра, психоаналитика, которое было посвящено теме психозов, особенностям не-невротического функционирования и психоаналитического подхода к этой проблематике.
В этой части лекции речь идет о некоторых особенностях пограничных личностей,  делается попытка сформулировать и разъяснить понятие реальности, вводится фундаментальное для психоанализа понятие ненависти [к объекту], а также выделяются несколько групп психотических состояний.

«…Каковы же характеристики, основные для пограничных состояний?
Сущностное, основное – это тип отношений с объектом, объектные отношения.
Пациент, страдающий этой патологией, выстраивает отношения с объектом как с фетишем. Объект как фетиш для него. Далее

Принцип реальности в психотерапии (Часть 2)

(начало)

«Травмы первых двух лет жизни
оставляют после себя пустоты в
строящемся психаппарате, делая
его хрупким. Это осложняет
прохождение последующих
фаз развития, включая
подросковость и зрелость.
Ранние травмы обязательным
образом сказываются на все
последующие этапы развития
и придают им травматический
аспект даже при самых
благоприятных обстоятельствах».

П. Марти

В специально созданном пространстве психотерапии как раз и есть возможность выудить те самые первичные следы памяти, понять, какие инстинктивные реакции, привычные действия свойственны клиенту, ведомому зачастую не осознанным выбором, а именно ранним и оттого бессознательным опытом. В какую колею прошлого снова и снова тот забредает, реагируя по образу и подобию «себя-маленького» или неосознанно имитируя поведение своих близких, будучи в основе своей истинной природы совершенно иным. Только таким образом частичка бессознательного попадает в поле осознания, и что-то утерянное ранее встает на положенное место. Прошлое как пазл, кусочек к кусочку, обретает явные очертания, проступает из тумана. И зачастую оно проступает как неоднозначная, вызывающая гамму всевозможных эмоций картинка, совсем не такая простая и плоская, как казалось ранее. Далее

Оральная стадия психосексуального развитие и ее значение в становлении психического аппарата

Фрейдовская концепция психосексуальности связана с гипотезой о специфической психической энергии — либидо — и с концепцией «бессознательного». В постулат о бессознательном входят инфантильные, архаические, доисторические и анималистические определения. Сфера Оно, репрезентирующая страсти и аффекты человека, представляет собой ту область психической личности, которая коренным образом детерминирует сексуальность человека.

При рождении влечения не структурированы, поэтому не удивительно, что нарушения в сфере переживаний на ранних стадиях жизни оказывают серьезное воздействие на развитие ребенка в разных аспектах его жизни.

Развитие нормальной сексуальной жизни здорового человека проходит через множество стадий, которые плавно переходят друг в друга. Каждая стадия имеет свою особую форму, которая зависит от того, какая из групп парциальных (частных) влечений преобладает. Далее

Некоторые подходы к пониманию контрпереноса в психотерапевтической практике

Эмпатия – это способ, с помощью которого можно собирать психологические данные о других людях,
а когда они говорят, что они чувствуют или думают, – представлять их внутренний опыт,
даже если он не является открытым для непосредственного наблюдения.
Хайнц Кохут

Любые психодинамические процессы, происходящие между клиентом и терапевтом в условиях совместной работы, имеют большое значение для понимания тех затруднений, с которыми клиент сталкивается в своей жизни, и под влиянием которых вероятнее всего обращается за помощью. Поэтому обнаружение и дальнейшее исследование формы, содержания и смысла интерсубъективной динамики в поле психотерапии играет одну из ключевых ролей для проведения эффективной психотерапии и оказания терапевтом качественной помощи клиенту.

Обращаясь к специалисту и выражая свое сознательное желание получить помощь, вместе с тем клиент вносит в пространство психотерапии большой пласт неосознаваемых процессов, включая свой ранний, довербальный опыт. Чаще всего это может выражаться в виде различных симптомов, поведенческих паттернов, непроизвольных реакций,  нерациональных умозаключений и пр. Осуществляя свою профессиональную деятельность и реализуя ее основную задачу, а именно поиск понимания происходящего с клиентом, психотерапевт может наблюдать появление всевозможных защитных механизмов, идентификаций, реакций переноса, сопротивления психотерапии и т.д.

Далее

Что возможно в психотерапии

Каждого клиента в психотерапию приводит страдание. Почти незаметное, нарастающее годами, или резко возникшее в ситуации кризиса, или всю жизнь ощутимое на фоне окружающей человека среды. Оно бывает понятно и названо словами, или не иметь слов для выражения, а потому проявляться как-то иначе – в поведении, в виде телесных симптомов или внешнего «мистического» влияния на жизнь человека. Но всегда существует это нечто, указывающее на непорядок: явное или завуалированное, конкретное или интуитивное, резко ощутимое или туманное.

И конечно неудивительно, что человек приходит к специалисту с надеждой на избавление, а порой даже с явно выраженным напористым требованием быстро «выключить» это никогда не стихающее мучение.

Специалисты помогающих профессий такую ситуацию зачастую называют «запросом на облегчение», и что, в общем-то, является абсолютно нормальным и вполне понятным желанием для обычного человека, впервые оказавшегося на приеме и не имеющего клиентского опыта.

Но вот тогда возникает вполне закономерный вопрос: что такого есть у психотерапевта, что он возьмет и избавит человека от его мук? Какое волшебство или обезболивающее у него есть для этого? Далее

Когда терапия не помогает

Совершенно очевидно, что есть люди, которым психотерапия не помогает. Причин тому множество.

Это могут быть люди, выбравшие «не ту таблетку».
Страдание, дискомфорт, тупик, и вместе с тем надежда, а еще СМИ, рекомендации авторитетных персон или отзывы счастливчиков, которым терапия помогла, зачастую подталкивают людей обратиться к психологу или психотерапевту за помощью. Однако дальше приходится чем-то платить. И я говорю не только о времени, эмоциональных и материальных затратах, связанных с прохождением психотерапии, хотя и они весьма внушительны. Далее

Немного о благодарности и выгорании

Психотерапия будет неполной, если пациент никогда
не придет к пониманию того, что пришлось вынести
психотерапевту ради поддержания терапевтического
процесса. Без такого понимания пациент в какой-то
мере находится в положении ребенка, который
не в состоянии понять, чем он обязан своей матери.
Дональд Винникотт

Работая с клиентами пограничной структуры, особенно находящимися в состоянии сильного регресса, депрессии или во власти сильных неуправляемых аффектов, психотерапевт может ощущать себя так, словно становится матерью очень маленького и лишенного благополучия ребенка.

Достаточно хорошая мать не ожидает от ребенка, страдающего, например, от колик, понимания, благодарности и признания её усилий в заботе о нем.

Страдающий малыш – это одно целое поле страдания, поле безвременья и потому — бесконечности этого страдания. Поле бессилия и отчаяния. Хаоса, тревоги и ужаса.  На этом уровне развития еще нет места более зрелым возможностям психики. Если внезапно, чрезмерно или слишком долго плохо – то это и есть всеобъемлющий ад. Ребенок не может ждать. Не может терпеть. Ему не на что опереться, чтобы себе помогать в связи с абсолютно законной незрелостью. Он практически не знаком ни с собой, ни с внешней реальностью, то есть с тем, что не является им самим, и особенно в моменты мучений младенцу не до познавательной активности, гуления и улыбок, адресованных окружению. Это и понятно: чем больше страдания, тем меньше возможностей к развитию. Далее

Особенности пограничных пациентов. Часть 1

«Я буду убит, если покажу настоящего себя»

Известно, что пограничный уровень организации психики нельзя отнести ни к  невротическому, ни к психотическому, и вместе с тем он несет в себе характерные черты и того, и другого.

Ранее схематически я уже описывала особенности функционирования личности на разных уровнях психики, например, здесь или здесь . Один из давних моих текстов на данную тему «Пограничный клиент. Часть 1» также дает некоторые разъяснения относительно формирования пограничной структуры.

В свое время Адольф Стерн ввел в психоаналитическую литературу термин «пограничное состояние», описав группу пациентов (которых он рассматривал как крайне нарциссичных), демонстрировавших явное сопротивление психотерапии, и которые, по его словам, страдали от «психического кровотечения». Кроме того, психическая травма вызывала у этих пациентов эмоциональный паралич, они демонстрировали ригидность ума и тела, неуверенность, часто мазохизм, и страдали от глубоко укорененного чувства неполноценности.

Большинство пограничных пациентов живут так, чтобы избежать сильной психической боли вследствие покинутости, и для этого они используют такие психотические механизмы, как защитная идеализация, расщепление, отрицание и обсессивно-компульсивная активность или, напротив, становятся инертными. Эти психические механизмы заменяют им нормально функционирующую Самость1, которая является основным организатором психической жизни.

Очевидно, самость не может быть мертвой или полностью отсутствовать. Но у пограничной личности она кажется таковой. Далее

О желаниях и потребностях

Умный желает владеть собой — ребенок хочет сладостей.
Руми

Сегодня мне бы хотелось коснуться темы желаний и потребностей.

Периодически за помощью ко мне обращаются люди, которые уже пытались получить ее на всевозможных оптимистических тренингах и возбуждающих группах «личностного роста».

Да, уверенный призыв ведущих из серии «Следуйте за своими желаниями», «Поступайте, как велит сердце», «Делайте, что хотите!» действительно прибавлял оптимизма поначалу.

Однако спустя время оказывалось, что старые проблемы после следования этому совету так почему-то никуда и не испарились, а порой наоборот, усугубились и обросли новыми, несимпатичными последствиями. Не удивительно, что клиенты приходили в поисках понимания, как все-таки относиться к своим «Хочу», следовать ли за ними, или бороться и противостоять.
Вопрос довольно интересный, вот ему я бы и хотела уделить внимание в этой статье.

Чаще всего мы не задумываемся и не разделяем понятия «желание» и «потребность», даже в словаре они обозначаются довольно близкими по смыслу. Но, на мой взгляд, разница есть и существенная.

Начну я издалека, отталкиваясь от базового, то есть от детско-родительских отношений.
Новорожденный младенец неосознан. Но как любое живое существо –  чувствует и реагирует на изменения внешней среды или внутренних ощущений. Далее

Трудный путь клиента. Часть 2

(Начало)

Продолжение таблицы

Что терапевт может

наблюдать в терапии *

Пример возможной жизненной трудности клиента, в том числе,  на что может жаловаться

Повышенная хрупкость.

Любое слово терапевта может переживаться как ранящее, и запускать сильную эмоциональную реакцию. Психотерапевт таким клиентом часто воспринимается как садистическая, плохая, травмирующая фигура, которая одновременно пугает и вызывает злость, причем часто это отношение к терапевту возникает вслед за идеализацией.

Нарушено восприятие реальности (не может отличать настоящее от прошлого, реальных людей от людей из своей истории, слово воспринимает как инструмент насилия; терапевта, являющегося живым человеком, то есть вне каких-то своих иллюзий, не воспринимает).

Проблемы с контактами в любых сферах.

В жизни выражается в повышенной психологической уязвимости, ранимости, гиперчувствительности, которую человек плохо распознает и учитывает.

Жизнь в постоянном напряжении, необходимости  контролировать внешний мир и других людей, страхе и потребности взращивать оборону.

Часто это является следствием травматичных событий из прошлого, которые «удивительным образом» находят повторение и в настоящем.

Привычное состояние:

страдание, униженность, уязвленное самолюбие, обида, усталость от недостигаемого, гнев «к обидчикам» и много претензий к плохо заботящемуся внешнему миру (жизнь в позиции «я – хороший, мир – плохой»).

Большие сложности с доверием, при его противоречивости: человек склонен либо 100%-но доверять другому (часто совсем мало зная о нем). Одновременно не испытывает доверия ни к кому вообще.

Невозможность озвучивать свои состояния, быть в поиске чувств, слов для описания (в этом случае терапевту придется пользоваться другими, невербальными источниками сбора информации, что  занимает куда больше времени для верного понимания клиента);

Слова будто отрезаны от переживаний.

Терапевт воспринимается фигурой, читающей мысли, и на фоне таких ожиданий любое непонимание вызывает ненависть, обесценивание, разочарование.

Разные способы разговаривать: заданные вопросы, озвученные гипотезы, предложения понаблюдать или поисследовать, описать ту или иную ситуацию — способны вызвать волну возмущения или наоборот, полную незаинтересованность. Уточняющие вопросы вызывают обиду, досаду и раздражение, отказ искать ответы. Частое «Не знаю» в ответ, возможность поиска, «вынашивания», нахождения ответа недоступна.

Контакт с терапевтом рвется легко, и затем тратиться приличное время на его восстановление.

Нарушены социальные контакты, с самим собой тоже. Человек склонен вести замкнутую, одинокую жизнь, в которой крайне мало близких и значимых, дорогих людей. Жизнь, в которой «мало что имеет значение». Минимум общения. Живущему так обычно свойственны стеснительность, закрытость, молчаливость (в группе людей старается быть незаметным, не привлекать внимания, но сам от этого же страдает, теряет смысл отношений, в итоге обрывая их).

Почти всегда есть бессознательные нереальные ожидания по отношению к другим, которые «должны все чувствовать, понимать, заботиться и удовлетворять», и, как следствие – хороших отношений и близких людей практически нет, ибо никто не справляется.

Ощущение себя отрезанным от мира, неприспособленным, непонятым и непонимающим, одиноким и боящимся, и вместе с тем разочарованным, досадующим, не надеющимся уже установить крепкие отношения.

Внешнее согласие со всем, что бы ни сказал терапевт (затем клиент быстро забывает сказанное). Или ровно наоборот, «забраковывание» всего: любой версии, гипотезы, исходящей от терапевта;

Отказ мыслить, вдумываться, вчувствоваться. Защитное поведение.

Трудности с начинанием нового, изменением привычного, сильная неуверенность, сомнения в себе, негибкость. Например, женщина может долго сохранять изживший себя брак, несмотря на его формальность.

Возможен опыт насилия в прошлом.

Основные переживания: страх, недоверие, беспокойство, тревога за будущее и жизнь «словно на войне», ожидание катастрофы. Потребность в безопасности, гарантиях и стабильности. Недопустимость совершить ошибку.

Клиенту скучно и неинтересно говорить о себе. Своя жизнь и события, а также переживания не являются значимыми для него. А потому говорит о себе неохотно, не любит повторять что-то, сказанное ранее мимоходом, не считает важным ни общее, ни детали.

Часто повторяет, что «говорить не о чем».

Депрессия, связанная с серьезной потерей, и горем, которое так и осталось непережитым.

Возможно, в детском опыте имело место серьезное нарушение привязанности в связи с эмоционально-мертвой, холодной, неразвитой или реально отсутствующей матерью. В опыте нет знания, как это – быть в поле внимания другого, быть интересным для другого.

Также возможное наличие у человека какого-то хронического физического недуга.

Отсутствие смысла жизни. Ощущение пустоты, апатии, тоски, временами страха, но чаще бессмысленности всего

И т.п.

Я привела лишь немногие примеры того, как проявления себя в терапевтическом пространстве и контакте с Другим  может много рассказать о способах жизни того или иного человека. Далее

Следующая страница »


ТОП-777: рейтинг сайтов, развивающих Человека счетчик посещений